«ПАХНЕТ ЯБЛОКАМИ ОСЕНЬ…»

Версия для слабовидящих




Пока родится на Земле поэт,
Она, Земля, не так уж безнадёжна.
И. Гуржибекова


1 ноября в Большом зале Национальной научной библиотеки Северной Осетии в рамках межрегиональной акции, приуроченной к 100-летию балкарского поэта Кайсына Кулиева «Мир и радость вам, живущие!», прошло очередное собрание владикавказского поэтического «Чай-клуба» «Пахнет яблоками осень…». Ведущий вечера – молодой поэт, преподаватель СК ГМИ, кандидат технических наук Заурбек Абаев, по традиции зажигая свечу памяти Поэту и Человеку Кайсыну Кулиеву, рассказал о том, что без имени этого сына небольшого кавказского народа немыслима не только наша отечественная литература, но и вообще мировая поэзия. Его стихи – честные, мужественные и вдохновенные - явление исключительное, непреходящее. Интерес к творчеству Кайсына высок, и с годами нисколько не уменьшается. Его поэзия является достоянием не только современности, но и будущего.

Чингиз Айтматов так говорил о К. Кулиеве: «Быть со своим народом в радости и горе — в этом весь Кайсын. Честь. Она проявлялась и в гордости, с которой он нёс, как знамя, звание Человека, всегда и везде помнящего, откуда он родом.  Горец, Кайсын говорил: «Выше нас только небо и солнце». Но в этих словах и в том, как они звучали в его устах, не было ни малейшего намёка на кичливость. Ведь это же относится к любому человеку, чей дух окрылён мечтой о свободе, о счастье для всex людей… Духовное родство, которое Кайсын безошибочно обнаруживал у самых разных поэтов, укрепляло в нём чувство мира как единого дома человечества. Естественно, что зародыш этого чувства — врождённая любовь к малой родине, к Чегему, через который, благодаря Кайсыну, ныне пролегает одна из дорог современной поэзии».

Пройдя через тяжкие испытания, выстрадав свою судьбу, Кайсын Кулиев всегда оставался достойным жизни. У него не только хватило мужества, терпения и силы духа, чтобы подняться над пережитым и выстоять в тяжелейших жизненных обстоятельствах, ему удалось ещё и сохранить оптимизм, открытость и доброжелательность к людям, непосредственность восприятия мира. В Кайсыне Кулиеве подкупало совершенное отсутствие тщеславия, удивительная простота, высокая духовность. Он никогда не требовал для себя особых привилегий и почестей. Он никому не завидовал и не боялся соперничества. В его сердце жили Пушкин, Лермонтов, Тютчев, Блок, Есенин, Пастернак, Твардовский, Шекспир, Байрон…  Он их очень любил, знал и читал наизусть, обладая феноменальной памятью. Кулиев считал, что именно поэзия во все времена восстаёт против бесчеловечности, в какой бы форме та не заявляла о себе. Он говорил о том, что реалии ХХ столетия были для него жестокими и грозными: участник войны, он видел, как горели камень, железо, сталь. «И всё же, – по признанию поэта, – самое прекрасное в жизни, такие драгоценные вещи, как человечность, мужество, стойкость, совесть, честь оказались крепче камня и стали». Его непреходящей мечтой всю жизнь оставалось всечеловеческое братство людей единой планеты, жизнь которых взаимосвязана незримыми нитями. При этом Кайсын не признавал абстрактного гуманизма, он всегда призывал к любви деятельной, исполненной чувства ответственности за своего ближнего.

Кайсын Кулиев дарил радость людям, увлекая их в прекрасный мир своей удивительной поэзии, уводя их от обыдённости существования, от неизбежно присутствующих в жизни суеты, забот и треволнений.

В своём выступлении заместитель министра культуры Северной Осетии, лауреат Государственной премии имени М. Камбердиева Чермен Дудаев отметил, что такие же вечера памяти балкарского поэта этим вечером проходят как минимум ещё в нескольких местах – в Москве, Нальчике и Чегеме – на родине Кайсына.

«Я не поэт, я – стихотворец», – говорил сам о себе Кайсын. Младший из девяти детей, он почти не помнил отца, а когда через годы маленький сын Эльдар попросил его показать фотографию деда, Кайсын достал из стола фотографию осетинского поэта Коста Хетагурова в черкеске и с кинжалом. Таким он представлял себе отца… Когда К. Кулиева по его желанию хоронили во дворе его собственного дома, кое-кто из недоброжелателей бросил: «Хоронят, как конокрада!» Для Кавказа это слово означало позор и бесчестие. Но друзья Кайсына не растерялись и ответили: «Да, воистину, ибо он украл лучшего Пегаса Кабардино-Балкарии!»

В 10 лет мальчик написал первые свои стихи. После школы он учился в техникуме в Нальчике, заполняя толстые тетради своими стихами, в семнадцать лет стал печататься в газетах. В 1935 г. Кулиев приезжает в Москву и, хотя твёрдо решил стать поэтом, поступает в Театральный институт (ГИТИС), где изучались все области искусства и культуры, чтобы стать хорошо образованным человеком. Одновременно юноша слушал лекции в Литературном институте, продолжая писать стихи. В 1939-ом, окончив институт, возвращается в Нальчик, преподаёт в учительском институте литературу. В 1940 г. выходит первая книга его стихотворений "Здравствуй, утро!".

В тот же год он был призван в ряды Красной Армии, служил в парашютно-десантной бригаде. Весной 1941-го бригаду направили в Латвию, где Кулиев и встретился с войной…

Путь Кайсына Кулиева к всесоюзной славе начался в военном 1942 году, когда тяжело раненный десантник Кайсын лежал в госпитале в Чебоксарах. И вдруг он услышал своё имя: по Всесоюзному радио читали стихи. Его стихи! Вскоре по телефону Кайсына разыскал Борис Пастернак. Он прежде никогда не слышал о Кулиеве, но его поразили стихи – те самые, услышанные по радио. Было тогда Кайсыну 25 лет.

Усилиями Пастернака и Александра Фадеева, который возглавлял в те годы Союз писателей СССР, его перевезли в Москву, в Кремлёвку. А когда Кайсын поправился, «особо одарённого творческого человека» попытались оставить в тылу, в резерве Союза писателей. К хлопотам подключились Константин Симонов и Николай Тихонов, и общими трудами добились у Сталина разрешения не направлять Кайсына на фронт. Но тут он воспротивился: «Под Сталинградом мои братья проливают свою кровь. В эти дни я не могу сидеть здесь».

Потом был Крым, второе тяжёлое ранение на Сапун-горе в Севастополе. Его вынес из боя Алим Кешоков, тоже поэт, земляк-чегемец, боевой друг и кабардинский брат. Нёс на спине до полевого госпиталя. Уже в госпитале Кайсын узнал, что его народ депортировали в Среднюю Азию, и  когда командующий армией принёс ему прямо к больничной койке орден, Кайсын его прямо спросил: «А завтра не придёте его отбирать?». Голос генерала дрогнул: «Нет, не придём». И снова Фадеев, Симонов и Пастернак хлопотали о Кайсыне. И добились для него разрешения не ехать в ссылку. Льготой Кулиев не воспользовался - верный своему характеру, он отказался, сказав: «Я поеду туда, где мой народ». Потом он сам скупо рассказывал, что вернулся в 44-м из госпиталя, поднялся в родной аул, поплакал над остывшим родительским очагом и отправился за своими, в Киргизию. Быть со своим народом в радости и горе – в этом был весь Кайсын.

Более десяти лет прожил Кайсын Кулиев в Киргизии, активно участвуя в литературной жизни республики, но без права издавать собственные произведения: работал в Союзе писателей (по рекомендации Н.Тихонова), занимался переводами. В мае 1956-го Кулиев приехал в Москву, где Н.Тихонов способствовал изданию книги стихов "Горы", вышедшей в 1957-ом; в этом же году в издательстве "Молодая гвардия" вышла вторая книга - "Хлеб и роза". Закончил Высшие литературные курсы в Москве. В 1956 г. Кулиев вернулся в Нальчик. Наконец он смог стать профессиональным литератором. В свет выходят поэтические сборники: "Раненый камень" (1964), "Книга земли" (1972), "Вечер" (1974), "Вечерний свет" (1979), "Краса земная" (1980) «Огонь на горе» (1962), «Звёздам — гореть» (1973), «Колосья и звёзды» (1979) и другие. В 1975 году издана книга публицистики «Так растёт и дерево».  В 1985 году вышел сборник стихов «Говорю людям» — последнее прижизненное издание поэта. Он успел подготовить к выходу в свет сборники стихов «Человек. Птица. Дерево» (1985, Ленинская премия, 1990), «Жить!» (1986), повесть «Скачи, мой ослик!» (1986) (премия им. Б. Полевого, 1986), роман «Была зима» (1987). Но все эти книги были изданы уже после смерти поэта.

В 1987 году вышло посмертное собрание сочинений в 3 томах.

Среди первооткрывателей поэзии К. Кулиева следует назвать имена А. Фадеева, Д. Кедрина, Н. Тихонова, Б. Пастернака, К. Симонова, Ю. Либединского, Н. Гребнева, Б. Ахмадулиной. Перечисленные русские писатели, обратившие внимание на «подлинную поэзию подлинного горца», приложили много творческих сил для перевода и популяризации самобытной поэзии балкарского поэта. Произведения Кулиева были переведены на русский, осетинский, казахский и многие другие языки народов мира.

В разное время Кайсын Кулиев был членом Правления Союза писателей СССР, первым секретарём Правления Союза писателей КБАССР, РСФСР, председателем Кабардино-Балкарского комитета защиты мира.

Четырёх замечательных сыновей и дочь смог воспитать за свою жизнь Кайсын Кулиев.

Последние годы жизни, вплоть до своей кончины 4 июня 1985 года, К. Кулиев провёл в своём доме в городе Чегем, где по его завещанию, он и похоронен. В настоящее время это Мемориальный Дом-музей Кайсына Кулиева (1987). Здесь хранятся вещи, книги, документы, фотографии поэта. На могиле установлен памятник работы скульптора М. Тхакумашева.

Имя Кайсына Кулиева носят: проспект и Балкарский драматический театр в Нальчике, улица в Чегеме, где находится дом-музей поэта, Благотворительный фонд при музее, школа в селе Нижний Чегем, пик в урочище Башиль, Дворец культуры в городе Тырныауз (КБР), улица в городе Магасе (Ингушетия), улица и библиотека в Бишкеке (Киргизия), школа и музей в Индии, парк в городе Анкаре (Турция).

Среди его наград - орден Ленина, два ордена Трудово­го Красного Знамени, орден Отечественной войны I степени, орден Отечественной войны II сте­пени (орден Октябрьской Революции), орден «За заслуги» (2007 — посмертно) Республика Ингушетия, орден «За заслуги» (2008 — посмертно) КБР.

Кайсын Кулиев - народный поэт Кабардино-Балкарской АССР (1967), заслуженный деятель культуры Армении, лауреат Государственной премии РСФСР имени М. Горького (1966) — за книгу «Раненый камень»; Государственной премии СССР (1974) — за «Книгу земли»; Ленинской премии (1990 — посмертно) — за книгу «Человек. Пти­ца. Дерево» (1985); премии имени Б. Н. Полевого (1986) — за повесть «Скачи, мой ослик!».

Под сводами главного Книжного храма республики звучали весь вечер стихи Кайсына Кулиева в исполнении народного поэта Осетии Ирины Гуржибековой, Заурбека Абаева, Чермена Дудаева, Кристины Царитовой, Залины Кокоевой, Ольги Резник, Инны Келехсаевой, директора ННБ Ирины Хаймановой, Тамерлана Техова… Своё стихотворение, посвящённое Кайсыну Кулиеву, прочла главный библиотекарь ННБ Наталья Куличенко, рассказав собравшимся об уникальном проекте заместителя директора ННБ по краеведению Ирины Бибоевой, собравшей под обложкой одной книги всю информацию о связях К. Кулиева с нашей республикой и издавшей эту книгу как раз к 100-летию поэта – «Кайсын Кулиев и Осетия».

Интересными были воспоминания Ирины Гуржибековой о Днях литературы и искусства Осетии в Москве, когда Кайсын Кулиев искренне и весьма эмоционально воскликнул: «Да если бы осетины создали только один танец «Симд», они бы уже были великой нацией!» А заслуженный художник Осетии Жорж Гасинов рассказал о своём знакомстве с Кайсыном во время выставки, на которой были представлены две его работы под изменённой фамилией – вместо «Гасинов» они были подписаны «Кайсынов». Но именно эти работы привлекли внимание К. Кулиева, указавшего ещё и на их «именное родство». Так закравшаяся ошибка привела к дружбе осетинского художника и балкарского поэта. Позже, на 95-летие поэта, одна из этих работ была подарена Дому-музею К. Кулиева…

А поскольку Владикавказский поэтический «Чай-клуб» - это свободный микрофон для всех желающих выступить, то в течение вечера звучали и авторские стихи, и стихотворения любимых поэтов в исполнении Марата Мазлоева, Константина Каджаева, Таисии Григорьевой, Альбины Зайцевой, девушки Дзеры – так она представилась…

Все выступавшие выразили благодарность устроителям вечера – руководству Национальной научной библиотеки Северной Осетии и отделу художественной литературы (зав. Марина Татарская), с любовью и отменным вкусом украсившим актовый зал портретом Поэта в замечательном осеннем антураже…